«Mindset»

Многие часто задаются вопросом, почему где-то получается построить крупные компании и фонды, а в России — нет, особенно если речь идёт об инвестиционной среде или технологической отрасли.

👀 Ведь на наших глазах трансформируются многие маленькие страны, которые ещё 20-30 лет назад считались бедными, и это приятные изменения.

На мой взгляд, сформировавшийся за всю осознанную жизнь в технологичном бизнесе, построение команд и работу на глобальном рынке, всё дело в отношении к бизнесу и партнёрству в России.

Лишь после того, как человек начинает делать что-то на международном рынке и сталкивается с невероятной конкуренцией, у него меняется логика и отношение к делу.

Приходит понимание, что российские подходы не работают ни в США, ни в Китае, ни в других странах с развитыми финансовыми институтами и этикой.

🔵 Сразу скажу: я не превозношу рынки США и Китая и не идеализирую их, там есть своя специфика.

Но те факторы, которые регулярно всплывают при работе с фондами и компаниями из России и с российским менталитетом, — это нечто.

«Норма»

Парадоксально то, что та жестокость, абсурдность и деградация, которые регулярно происходят в российской реальности, — это настоящий полигон и жесткая школа для людей, обладающих талантом, умением и опытом.

Именно поэтому мы регулярно наблюдаем, как специалисты успешно переезжают из России в другие страны, находят себя, получают зарплату в 3–5–10 раз больше, открывают бизнесы, фонды и занимают c-lvl позиции.

💵Для примера: среднее вознаграждение (stock compensation) на позиции Software Engineer в компании OpenAI в виде акций составило $6,5 млн в год — помимо ежемесячной зарплаты.

Специфика нашей деятельности заключается в точном выборе быстрорастущих компаний с готовым продуктом, выручкой и соответствием ключевым факторам, прошедшим через сотни фильтров.

Из-за этого мы каждый день находимся в переговорах и контакте с высокооплачиваемыми и гениальными инженерами, инвесторами, банкирами, юристами — лучшими из лучших, потратившими годы на то, чтобы оказаться на своём месте.

⏳ В этом много плюсов, так как эти люди ценят как своё, так и чужое время (хотя иногда им приходится напоминать об этом в довольно грубой по американским меркам форме). Но ситуации, когда людям — как в России — нужно доказывать, почему им вообще стоит платить, здесь отсутствуют.

«Эхх»

В нашей структуре одна из самых скромных оплат труда, если сравнивать как с ближайшими конкурентами, так и с более зрелыми компаниями. Особенно с учётом высокого базового уровня знаний и опыта, которые мы требуем.

При этом я прекрасно осознаю, как руководитель и всегда говорю прямо: человек может уйти в любой момент, ведь для многих разница в оплате труда даже в $1500–3000 в месяц имеет огромное значение.

✨Инфляция не щадит никого, и вчерашние $2000-4000 с каждым кварталом обесцениваются и теряют покупательную способность.

Задача грамотного руководителя — не допустить ситуации, при которой сотрудники выгорают, разочаровываются и теряют мотивацию работать.

➖ Эта разница компенсируется опционами и акциями, которые я выделяю раз в полгода. Они имеют реальный вес, поскольку за ними стоят финансовые метрики и потенциальные дивиденды от прибыли, а не просто обещания.

Такой подход покрывает риски и помогает выстроить справедливые взаимоотношения.

- Если возвращаться к российской реальности, то справедливое взаимодействие между людьми в сфере труда и бизнеса сейчас совершенно неактуально — хотя весь мировой рынок ушёл далеко вперёд.

▫️А такие компании, как «Яндекс», которые некогда соответствовали международным стандартам, потеряли конкурентоспособность в сравнении не только с Google или Microsoft, но даже с компаниями на стадиях Series B и C.

Поэтому пока не изменится отношение к бизнес-процессам и не заработают институты, в стране не появится ни прозрачности, ни крепкого фундамента для инвестиционной деятельности, ни тем более крупного международного капитала.

#Ep6969 #Рынок #Open

—

Автор: Виктор Кох